Биография Вильгельма Кюхельбекера
Детство. Петербург
Вильгельм Карлович Кюхельбекер родился 10 (21) июня 1797 года в Петербурге, в семье обрусевшего немца. Отец — Карл Генрих Кюхельбекер — был директором Павловска при Павле I. Семья принадлежала к просвещённому немецкому дворянству, давно связавшему свою судьбу с Россией: Кюхельбекеры служили и считали себя русскими.
Унаследованная от отца немецкая педантичность и горячность, смешиваясь с живым русским воспитанием, породили характер парадоксальный: человека экзальтированного, прямодушного до неловкости, готового страстно отстаивать свои убеждения и так же страстно менять их — но неспособного к притворству и компромиссу. Эти черты сделают его посмешищем для сверстников в лицее — и героем в день восстания.
Царскосельский лицей. Пушкин
В 1811 году Кюхельбекер поступил в Царскосельский лицей — первый набор того самого учебного заведения, которое войдёт в историю благодаря своим воспитанникам. Рядом с ним учились Александр Пушкин, Антон Дельвиг, Иван Пущин, Александр Горчаков.
Отношения с Пушкиным были особыми — сложной смесью насмешки и привязанности. Пушкин дразнил «Кюхлю» за неуклюжесть, экзальтацию, смешную серьёзность. «Кюхля» обижался, негодовал — и продолжал дружить. Это была дружба на всю жизнь, пережившая лицей, восстание, тюрьму и ссылку.
«К Пушкину (Счастлив, о Пушкин!)» — стихотворение, написанное ещё в лицейские годы, показывает, как искренне Кюхельбекер восхищался гением друга: без зависти, с открытым, почти детским восторгом.
«Поэты (О Дельвиг, Дельвиг!)» — обращение к другому лицейскому другу, в котором горечь за судьбу русских поэтов соединяется с чувством общей судьбы людей, посвятивших себя слову.
«К Пушкину и Дельвигу» — ещё одно свидетельство этой тройной дружбы, пронесённой через годы.
После лицея. Литературная борьба
По окончании лицея Кюхельбекер служил, путешествовал, преподавал. В 1821 году читал в Париже публичные лекции о русской литературе и языке — лекции, вызвавшие дипломатический скандал: он говорил о русской культуре слишком свободно для тех, кто следил за настроениями в эмигрантских кругах.
Вернувшись в Россию, с головой ушёл в литературную борьбу. Издавал альманах «Мнемозина» совместно с Владимиром Одоевским. Страстно отстаивал архаическую поэтику Шишкова против новомодных карамзинистов — позиция, которую современники воспринимали с недоумением: Кюхельбекер был архаистом, но живым, не музейным.
14 декабря 1825 года
В восстании декабристов Кюхельбекер участвовал — и участвовал активно. На Сенатской площади он стрелял в великого князя Михаила Павловича — и промахнулся. Пытался бежать, был схвачен. Суд приговорил его к одиночному заключению на несколько лет, затем — к пожизненной сибирской ссылке.
Это был конец одной жизни — и начало другой, в которой несвобода станет постоянным фоном творчества.
Тюрьма. Дневник. Стихи
Годы в одиночном заключении — сначала в петербургских крепостях, потом в провинциальных тюрьмах — Кюхельбекер провёл в напряжённом умственном труде. Писал трагедии, поэмы, критические статьи, вёл дневник. Рукописи тайно передавались на волю — часть из них дошла до нас.
«Участь поэтов» — стихотворение о судьбе людей, посвятивших себя поэзии в России: горькое, но без отчаяния — Кюхельбекер умел страдать с достоинством.
«Участь русских поэтов» — ещё более прямое высказывание о той же теме: судьба поэта в России — быть непризнанным при жизни, получить признание после смерти. Это стихотворение Белинский назовёт одним из лучших у Кюхельбекера.
«Тень Рылеева» — реквием по казнённому другу-декабристу Кондратию Рылееву. Написанное в заключении, оно полно той особой скорби человека, знающего, что его товарищ погиб, а он сам уцелел — и не всегда понимающего, что из этого лучше.
«На смерть Якубовича» — ещё одна элегия памяти декабриста. Кюхельбекер отзывался на смерть каждого из товарищей — это была его форма верности.
«Прощание» — стихотворение о расставании с родиной при отправке в Сибирь, написанное с той высокой, почти торжественной скорбью, которая отличает его лучшую гражданскую лирику.
Лирика. Дружба с Пушкиным через стихи
Пушкин не забывал Кюхельбекера. В «Евгении Онегине» вывел его под узнаваемым именем — с нежностью и лёгкой иронией. Переписка была невозможна, но стихи были формой связи через расстояния и годы.
«19 октября 1828 года» — стихотворение ко дню годовщины Лицея, которую декабристы отмечали даже в ссылке: это была их общая дата, их общая молодость. Дата, когда можно было вспоминать вместе — хотя бы в мыслях.
«19 октября 1837 года» — написано в год гибели Пушкина. «Блажен, кто пал» — страшная строка: потеря Пушкина для Кюхельбекера была особой потерей — последнего настоящего свидетеля юности.
«Тени Пушкина» — элегия, написанная уже после смерти друга: разговор с тенью, невозможный в жизни, ставший возможным в стихах.
«Памяти Грибоедова» — отклик на смерть ещё одного близкого человека: Грибоедов был убит в Персии в 1829 году. Кюхельбекер знал его лично и оплакивал как собрата по трудной судьбе поэта в России.
Сибирская ссылка. Слепота
После одиночного заключения Кюхельбекер был отправлен на поселение в Сибирь. Здесь провёл остаток жизни — работал, женился, растил детей, продолжал писать.
К концу жизни почти ослеп — и это сделало его положение особенно тяжёлым: поэт, не способный читать и видеть написанного. Тем не менее продолжал диктовать стихи.
«Усталость» — стихотворение, написанное в поздние годы: усталость здесь не жалоба, а констатация. Человек, проживший такую жизнь, имеет право на усталость.
«Суров и горек чёрствый хлеб изгнанья» — одна из самых прямых формулировок его судьбы: хлеб изгнанника — не метафора, а буквальная реальность долгих лет сибирской ссылки.
«Горько надоел я всем» — стихотворение с той горькой самоиронией, которая появляется у человека после многих лет одиночества и непризнанности.
«Бессмертие есть цель жизни человеческой» — одно из последних, написанных почти перед смертью: философская медитация о смысле существования, сохраняющая ту же пылкость убеждений, что отличала его с лицейских лет.
Вильгельм Карлович Кюхельбекер скончался 11 (23) августа 1846 года в Тобольске. Ему было 49 лет.
Место в литературе
Кюхельбекер — поэт трагической и незаслуженно забытой судьбы. При жизни почти не печатался; его сочинения были собраны и изданы только в XX веке.
Его лучшие стихи — гражданские элегии, посвящения друзьям-декабристам, стихи о судьбе русских поэтов — написаны с подлинным пафосом и подлинным чувством: это не риторика, а исповедь человека, заплатившего за убеждения самой высокой ценой.
Рядом с ним в декабристской поэтической традиции стоят Рылеев, Раевский, Одоевский — поэты, для которых слово было неотделимо от поступка. Кюхельбекер среди них — самый человечный, самый уязвимый, чаще других становившийся мишенью насмешки. И, вероятно, именно поэтому — самый трогательный.
