Биография Феликса Кривина

Детство. Херсон

Феликс Давидович Кривин родился 11 февраля 1928 года в Мариуполе (по другим данным — в Симферополе; основные годы детства прошли в Херсоне), в еврейской семье. Детство пришлось на трудные предвоенные годы, а юность — на катастрофу Второй мировой войны и Холокоста, трагически затронувшую судьбы миллионов людей еврейского происхождения на территории СССР.

Получил образование, рано проявил склонность к литературе, к словесной игре, к парадоксальному, неожиданному взгляду на привычные вещи — качества, которые впоследствии станут главной отличительной чертой всего его творчества.

Редакторская работа

Значительную часть жизни Кривин занимался редакторской работой в издательстве — профессия, требующая внимательного отношения к слову, к точности формулировки, к чужому тексту, что, несомненно, оттачивало и его собственное литературное мастерство, отличающееся исключительной лаконичностью и точностью.

Жанр философской миниатюры

С 1960-х годов Кривин приобрёл широкую и заслуженную известность как мастер совершенно особого литературного жанра — краткой философской миниатюры, иронической притчи, в которой парадокс, афоризм и сюжетная история сливаются в единое, предельно сжатое художественное целое.

Этот жанр, находящийся на пересечении поэзии, философии и юмора, оказался уникальным авторским изобретением Кривина — он не имел прямых аналогов ни в классической русской литературной традиции, ни в современной ему советской литературе. Миниатюры Кривина одновременно смешили, заставляли задуматься и обладали афористической точностью, благодаря которой многие его формулировки приобретали самостоятельную жизнь вне контекста, из которого были взяты.

Цикл об исторических личностях

Особый и широко известный раздел творчества Кривина — стихотворный цикл, посвящённый переосмыслению исторических и литературных личностей через призму иронии и парадокса.

«Архимед» — ироническое переосмысление знаменитого учёного древности, демонстрирующее характерный для Кривина приём: взять хрестоматийную историческую фигуру и взглянуть на неё с неожиданного, остроумного ракурса.

«Гомер» — стихотворение о легендарном древнегреческом поэте, написанное с той же иронической дистанцией, что отличает весь цикл исторических миниатюр Кривина.

«Карфаген» — обращение к знаменитому древнему городу-государству, демонстрирующее интерес Кривина к историческим сюжетам и их парадоксальному переосмыслению.

«Диоген Синопский» — характерный для Кривина приём: перенесение античного философа-киника в современный бытовой контекст («получил квартиру») создаёт остроумное столкновение эпох, обнажающее парадоксальность как древней философии, так и современного быта.

«Жена Цезаря» — обращение к известной исторической поговорке о том, что жена Цезаря должна быть вне подозрений, переосмысленной с характерной для Кривина иронией.

«Ксантиппа» — стихотворение о жене Сократа, традиционно изображавшейся как сварливая женщина, — Кривин предлагает неожиданный, более сочувственный взгляд на эту хрестоматийную фигуру.

«Рабство» и «Гладиаторы» — миниатюры на темы древнеримской истории, демонстрирующие неизменную для Кривина способность находить в самых мрачных исторических сюжетах материал для парадоксального, заставляющего задуматься высказывания.

Литературные персонажи

Помимо исторических личностей, Кривин обращался и к знаменитым литературным персонажам, переосмысляя их судьбы и характеры через ту же ироническую призму.

«Шехерезада» — обращение к героине «Тысячи и одной ночи», демонстрирующее интерес Кривина к восточной литературной традиции и к теме рассказывания историй как способа выживания.

«Мушкетёры» — ироническое переосмысление знаменитых героев Александра Дюма, демонстрирующее любовь Кривина к популярным культурным образам как материалу для остроумной игры.

«Остров Лилипутов» — обращение к свифтовскому сюжету, переосмысленному в духе характерного для Кривина философского парадокса о соотношении большого и малого.

«Дон-Кихот» — стихотворение об одном из самых знаменитых литературных героев мировой культуры, демонстрирующее, как Кривин умел находить новые грани в самых, казалось бы, исчерпанных литературоведением образах.

«Мюнхгаузен» — обращение к знаменитому барону-фантазёру, чья репутация мастера выдумки идеально подходила для иронической поэтики самого Кривина.

«Йорик» — отсылка к шекспировскому «Гамлету», к знаменитому черепу придворного шута, ставшему символом размышлений о бренности всего сущего, — тема, переосмысленная Кривиным с характерной для него смесью юмора и философской глубины.

«Фауст» — обращение к одному из величайших образов мировой литературы, демонстрирующее масштаб культурных интересов и амбиций Кривина даже в рамках предельно лаконичного жанра.

«Янус» — обращение к двуликому римскому богу как идеальному символу для исследования парадоксальности и двойственности человеческой природы — тема, особенно близкая всей поэтике Кривина.

Открытие Америки и Ньютоново яблоко

«Открытие Америки» — ироническое переосмысление знаменитого исторического события, демонстрирующее характерный приём Кривина — поставить под сомнение хрестоматийную версию истории ради более глубокого, парадоксального понимания.

«Ньютоново яблоко» — обращение к легендарной истории об открытии закона всемирного тяготения, переосмысленной с фирменной кривинской иронией.

«Один шаг» — отсылка к знаменитому афоризму о том, что от великого до смешного один шаг, — миниатюра, в самом названии которой уже заложен характерный для Кривина приём игры с устойчивыми выражениями.

«Негерои» и «Извозчики города Глазго» — стихотворения, демонстрирующие интерес Кривина и к менее хрестоматийным, более неожиданным историческим сюжетам и персонажам.

Книги, читаемые детьми и взрослыми

Главные книги Кривина — «Учёные сказки», «Хвост павлина», «В стране вещей» — обладают редким качеством: их с равным удовольствием читают и дети, и взрослые. Для детей это занимательные, остроумные истории с неожиданными поворотами сюжета; для взрослых — те же истории раскрываются как глубокие философские притчи о человеческой природе, обществе, истории, морали.

Эта универсальность, способность работать одновременно на нескольких смысловых уровнях, — одно из главных достижений и главных секретов литературного метода Кривина, сделавшего его одним из самых читаемых и любимых авторов советской и постсоветской детской и взрослой литературы одновременно.

Эмиграция в Израиль

В последние десятилетия жизни Кривин переехал в Израиль, где провёл оставшуюся часть жизни. Этот переезд, типичный для многих представителей еврейской интеллигенции постсоветского пространства в годы после распада СССР, не прервал его литературной деятельности — он продолжал писать и публиковаться, оставаясь верным выработанному за десятилетия уникальному стилю философской иронической миниатюры.

Феликс Давидович Кривин скончался 24 декабря 2016 года в Беэр-Шеве, Израиль. Ему было 88 лет.

Место в литературе

Кривин занимает уникальное и ни с кем не сравнимое место в истории советской и постсоветской литературы — как создатель и главный мастер жанра философской иронической миниатюры, соединяющего афористическую краткость, остроумную игру с историческим и литературным материалом и подлинную философскую глубину.

Его произведения, доступные равно детскому и взрослому восприятию, заслужили широчайшую читательскую любовь на протяжении нескольких десятилетий — редкое достижение для автора, работавшего в столь специфическом, требующем исключительного мастерства жанре.

Творчество Кривина стоит особняком в общей картине советской поэзии и прозы XX века — он не принадлежал ни к одному из магистральных литературных направлений своего времени, создав вместо этого абсолютно самобытный, узнаваемый и не имеющий прямых аналогов художественный мир, в котором мудрость и юмор неразделимы.