Биография Алексея Жемчужникова

Детство. Почеп

Алексей Михайлович Жемчужников родился 10 (22) февраля 1821 года в селе Почеп Черниговской губернии (ныне Брянская область), в богатой и культурной дворянской семье. Отец — сенатор Михаил Николаевич Жемчужников — обеспечил детям превосходное образование. В семье было несколько братьев, и трое из них — Алексей, Владимир и Александр — войдут в историю русской литературы благодаря совместному с Алексеем Толстым созданию одного из самых необычных персонажей русской словесности.

Получил домашнее образование, затем учился в Императорском училище правоведения — привилегированном учебном заведении, готовившем юристов и государственных чиновников высшего уровня. Здесь сложился круг друзей, объединённых не только происхождением, но и общим интересом к литературе и сатире.

Служба в Сенате

После окончания училища Жемчужников поступил на государственную службу — в Сенат, высший судебный и контролирующий орган Российской империи. Служба была успешной, но, как и для многих чиновников с литературным даром, оставляла время и силы для творчества.

Именно в эти годы — конец 1840-х — начало 1850-х — сложилась дружба братьев Жемчужниковых с их двоюродным братом Алексеем Константиновичем Толстым, переросшая в одно из самых замечательных литературных содружеств XIX века.

Козьма Прутков

Вместе с братьями Владимиром и Александром Жемчужниковыми и Алексеем Толстым Алексей Михайлович создал коллективный псевдоним Козьма Прутков — вымышленного автора-чиновника, директора Пробирной палатки, чьи стихи, афоризмы и пьесы стали блестящей пародией на литературные штампы эпохи и на самодовольную бюрократическую самоуверенность.

Подробнее об этом удивительном литературном проекте можно прочитать в статье о Козьме Пруткове. Важно отметить, что вклад именно Алексея Михайловича в создание Пруткова был значительным — он принимал участие в работе над текстами на протяжении всего существования этого литературного феномена, с начала 1850-х и вплоть до 1863 года, когда «биография» Пруткова официально завершилась его «смертью».

Эта совместная работа над пародийным образом не была единственным занятием Жемчужникова — параллельно он писал и собственную, серьёзную лирику, которая долгое время оставалась в тени более известного коллективного проекта.

Серьёзная лирика

В отличие от шуточных текстов Пруткова, собственная поэзия Жемчужникова — элегическая, философская, исполненная гражданского чувства. Уже в среднем возрасте он начал писать стихи совершенно иного тона — задумчивые, лиричные, обращённые к вечным темам.

«Полевые цветы» — пейзажная зарисовка, в которой простота природных образов служит поводом для тихого философского размышления, характерного для всей зрелой лирики Жемчужникова.

«Земля» — медитативное стихотворение о связи человека с землёй, написанное с той созерцательной интонацией, которая будет усиливаться в его поздние годы.

«Весна» — приветствие весне, написанное с искренней радостью обновления природы — характерная для русской лирики тема, поданная Жемчужниковым без излишней патетики.

Гражданская тема. Сатира на современность

Жемчужников не ограничивался лирикой природы — в его наследии значительное место занимает и гражданская, сатирическая поэзия, направленная против явлений общественной жизни, которые он считал недостойными.

«Нашей цензуре» — резкое стихотворение против цензурных ограничений, демонстрирующее, что серьёзный Жемчужников был не менее остёр на язык, чем шутник Прутков, — только направлял эту остроту на реальные, а не пародийные мишени.

«Литераторы-гасильники» — сатира на тех представителей литературного сообщества, которые, по мнению автора, препятствовали свободе слова и прогрессивным веяниям.

«Современному гражданину» — гражданская поэзия, обращённая к читателю-современнику с прямым нравственным посланием.

«Всем хлеба!» — стихотворение о социальной несправедливости, о нужде простого народа, написанное с тем сочувствием, которое сближает позднего Жемчужникова с гражданской поэзией Некрасова.

Поздний период: осенняя мудрость

Самые сильные и зрелые стихи Жемчужникова были написаны уже после смерти его соавторов по Пруткову — Алексея Толстого (1875) и братьев Владимира и Александра. Оставшись последним из создателей знаменитого псевдонима, Жемчужников прожил ещё много лет и создал в этот поздний период лучшую часть своего самостоятельного наследия.

«Осенние журавли» — одно из самых известных и проникновенных его стихотворений: отлёт журавлей как образ ухода, прощания, неизбежного движения времени. Написанное в преклонные годы, оно несёт в себе ту мудрую печаль, которая приходит только с большим жизненным опытом — без отчаяния, но и без иллюзий.

«Старость» — прямое размышление о старении, о приближении конца, написанное со спокойным, почти умиротворённым принятием естественного хода вещей.

«Памяти Шеншина-Фета» — отклик на смерть Афанасия Фета (настоящая фамилия которого была Шеншин), демонстрирующий, насколько внимательно Жемчужников следил за судьбами современников-поэтов и насколько глубоко переживал их уход.

«О, жизнь! Я вновь её люблю» — программное для позднего периода стихотворение: несмотря на возраст, несмотря на потери, поэт утверждает любовь к жизни как итог долгого пути.

Долгая жизнь

Алексей Михайлович Жемчужников прожил необычайно долгую для своей эпохи жизнь — восемьдесят семь лет, успев пережить почти всех своих современников по литературному поколению. До самых последних лет сохранял ясность ума и творческую активность, продолжая писать стихи, в которых зрелость мысли соединялась с неослабевающей живостью чувства.

Скончался 25 марта (7 апреля) 1908 года в Тамбовской губернии. Он застал начало XX века, новые литературные течения — символизм, акмеизм, — оставаясь при этом верным классической традиции, в которой был воспитан.

Место в литературе

Жемчужников занимает двойственное, но равно значительное место в истории русской литературы. С одной стороны — он один из создателей Козьмы Пруткова, фигуры, без которой невозможно представить русскую сатирическую традицию XIX–XX веков.

С другой стороны — он самостоятельный поэт, чьё позднее творчество, особенно «Осенние журавли», заслуживает отдельного признания вне тени коллективного псевдонима. Эта лирика — образец той задумчивой, мудрой поэзии старости, которая редко удаётся авторам: без отчаяния перед уходящим временем, но и без фальшивого оптимизма.

Рядом с ним стоят его братья Владимир и Александр Жемчужниковы и Алексей Константинович Толстой — соавторы по главному совместному проекту жизни. Но позднее, самостоятельное творчество Алексея Михайловича доказывает, что за маской пародиста скрывался серьёзный и глубокий лирический поэт, заслуживающий прочтения сам по себе.